Чем нынешние протесты в Иране отличаются от предыдущих?

12 января 2026 в 1768233000
BBC News Русская служба

Крупнейшие за последние три года массовые антиправительственные протесты в Иране достигли стадии, не виданной за всю 47-летнюю историю Исламской Республики. Смогут ли они пошатнуть позиции иранских властей, пока неясно, но уже очевидно, что сегодняшние волнения отличает от предыдущих выступлений, пишет Русская служба Би-би-си.

У протестующих впервые появился пусть и символический, но лидер - им стал Реза Пехлеви, сын последнего свергнутого шаха Ирана. США в лице президента Дональда Трампа пристально следят за протестами и уже неоднократно угрожали вмешаться. Кроме того, позиции Ирана как региональной державы подорваны после войны с Израилем и бомбежек США в июне прошлого года.

Масштаб протестов

Протесты начались 28 декабря в Тегеране и почти сразу перекинулись на другие города. Поводом для массового недовольства стали резкий рост цен и обвальное падение курса иранского риала по отношению к доллару США: за год американская валюта подорожала примерно на 80%.

Экономические лозунги быстро превратились в политические - вплоть до требования вообще упразднить Исламскую республику и восстановить монархию.

Сколько именно людей вышло на акции протеста, проверить сложно - Би-би-си и другие международные СМИ лишены возможности работать на территории Ирана. Кроме того, иранские власти, пытаясь подавить протест, отключили в стране интернет, что дополнительно затрудняет сбор и проверку информации. Но по разным данным очевидцев и экспертов, нынешние выступления по размаху превосходят предыдущие.

Социолог-исследователь Эли Хорсандфар отмечает в разговоре с Би-би-си, что, митинги распространились и на небольшие населенные пункты, «названия которых многие люди, возможно, никогда не слышали».

Предыдущие массовые выступления в Иране были хоть и массовыми, но не столь масштабными. В 2009 году иранцы протестовали против предполагаемых фальсификаций на выборах. Протесты возглавили проигравшие кандидаты, образовавшие так называемое «Зеленое движение». Движущей силой протеста стал средний класс. Несмотря на большой размах, оно было сосредоточено в крупных городах. Другие крупные протесты в 2017 и 2019 годах были ограничены преимущественно бедными районами.

Наиболее сопоставимыми с нынешними были протесты 2022 года, вспыхнувшие после смерти Махсы Амини, задержанной полицией нравов за «неправильное» ношение хиджаба. Тогда Иран захлестнула самая большая волна протестов со времен исламской революции 1979 года, но в итоге она была подавлена властями.

Несистемный протест и символический лидер

У протестов 2022 года не было лидера, и поэтому они вскоре выдохлись. На лидерство в нынешних претендуют находящиеся за рубежом фигуры, которые пытаются направлять их, и в первую очередь это Реза Пехлеви, сын свергнутого в 1979 году шаха. Он объявил себя шахом, находясь в изгнании в США. Его активность частично объясняет то, почему протесты все еще продолжается.

«Ключевое отличие этого протеста в том, что это впервые тот самый несистемный протест, который имеет лидера. Причем этот лидер, больше, может быть, символический даже, потому что он сидит в Соединенных Штатах, он, в общем то, конечно же, он не может нормально координировать действия на земле. Но тем не менее он есть. И он сумел мобилизовать население на политическое действие. Такого не было никогда», - комментирует Русской службе Би-би-си иранист, востоковед и автор телеграм-канала «Исламизм от иноагента» Никита Смагин (признан российскими властями «иноагентом»).

Пехлеви активно призывал иранцев выходить на улицы, и люди активно делились призывами. Молодые иранцы в социальных сетях косвенно подталкивают друг друга к участию в демонстрациях. Демонстранты выкрикивают его имя, звучат призывы к возвращению династии Пехлеви.

Масштабы недавних протестов в таких городах, как Тегеран, можно считать доказательством эффективности призывов Пехлеви.

Аналитики отмечают, что присутствие известной оппозиционной фигуры, по всей видимости, укрепило у части протестующих ощущение того, что в случае падения нынешнего правительства существует потенциальная альтернатива.

Впрочем, другие эксперты полагают, что эти проявления поддержки Пехлеви не обязательно означают, что иранцы хотят восстановления монархии.

Скорее, это выражение отчаянной потребности в любой альтернативе религиозному правлению, особенно на фоне отсутствия внутри страны заметных светских оппозиционных лидеров.

«Смерть диктатору»

Как и в 2022 году, у протестов был конкретный повод - но возмущения переросли в требования глубоких системных изменений.

«Движение 2022 года началось с "женского вопроса". Но в нем нашли отражение и другие недовольства… Протесты декабря 2025 года начались с проблем, которые на первый взгляд выглядели экономическими, но спустя очень-очень короткое время начали нести общие послания», - говорит социолог Хорсандфар.

В конце декабря базарные торговцы в центре Тегерана объявили забастовку в ответ на резкие колебания курса иранского риала по отношению к американскому доллару. Протесты распространились на самые бедные регионы страны на западе. Как и в 2022 году, стали одними из эпицентров стали провинции Илам и Лурестан.

В конце года на улицах были уже тысячи людей, и миллионы иранцев - включая представителей среднего класса - столкнулись с тяжелым экономическим кризисом и стремительным ростом цен.

Востоковед Никита Смагин называет среди главных проблем иранских властей экономику и говорит, что люди перестали верить нынешним властям. «За последние восемь лет происходит планомерное, последовательное обнищание населения. Власти не сумели создать модель, которая бы обеспечивала экономическое процветание, экономическую стабильность».

Участники уличных маршей скандируют «Смерть диктатору!», требуя отстранения верховного лидера Ирана аятоллы Али Хаменеи и режима, который он возглавляет.

Угрозы Трампа

Еще один фактор, отличающий эти протесты даже от протестов 2022 года - это США.

В отличие от предыдущих протестов, нынешние демонстрации, по всей видимости, пользуются поддержкой Белого дома. Дональд Трамп пригрозил атаковать позиции правительственных сил в поддержку протестующих - подобного раньше никогда не происходило.

В 2009 году, когда шли протесты против фальсификаций на президентских выборах, их участники скандировали: «Обама, Обама, либо ты с ними, либо с нами!» Барак Обама, который тогда был президентом, позднее выражал сожаление, что не поддержал тогда протестующих более открыто.

Президент Ирана Масуд Пезешкиан заявил, что демонстрациями манипулируют «враги Ирана».

Однако проблема для властей Ирана заключается еще и в том, что сейчас у страны меньше союзников, чем было в последние годы, и позиции Ирана как региональной державы в последнее время подорваны.

Они потеряли ключевых патрнеров: Башар Асад был свергнут с поста президента Сирии, а «Хезболла» в Ливане существенно ослаблена в результате военных действий Израиля.

Упущенный шанс на сплочение нации и угроза новых протестов

Незадолго до нынешних протестов была 12-дневная война с Израилем и последующие американско-израильские удары по Ирану.

По мнению журналиста Аббаса Абди, правительство Ирана не сумело воспользоваться шансом и сформировать после этих событий чувство солидарности и сплоченности среди населения.

Некоторые эксперты даже полагают, что настолько серьезный удар по вооруженным силам разрушил ореол и престиж Корпуса стражей Исламской революции как главного военного института страны в глазах иранцев.

Социолог Хорсандфар видит в нынешних протестах устойчивый сдвиг в поведении людей, основы которого были заложены в 2022 году: три года назад в интервью многие женщины говорили ей, что их главным достижением стало избавление от страха перед репрессивным государством.

У нынешних протестов, как говорит иранист Никита Смагин, все еще не хватает структуры, а у сил правящего режима куда больше возможностей для подавления, чем чем у протестующих для сопротивления. Но, по словам эксперта, даже если нынешние протесты будут подавлены, новые протесты не заставят себя долго ждать.

«Протесты могут снова с новой силой вспыхнуть. Властям придется дальше жить в стране, в которой примерно 80% населения тебя не просто не любят, а ненавидят и прямо люто ненавидят», - говорит эксперт о системном кризисе Исламской республики.