Украинцы расплачиваются гривнами, казахи — тенге, жители Грузии — лари, Азербайджана — манатами. После распада СССР все бывшие республики Союза обрели свои деньги с характерными национальными названиями, но Беларусь и Россия остались с валютами под названием «рубль». Какие еще варианты у нашей страны были, почему в начале 2000-х она отказалась от знаменитых «зайчиков» и почему талер так и не стал валютой нашей страны? Рассказываем, как Беларусь осталась пусть и со своим, но рублем.
Какие деньги у нас вообще ходили?
Первые монеты появились на землях современной Беларуси в І–III веках нашей эры и были античными, римскими — речь о денариях. Хотя еще долгое время в обществе тех времен в основном расплачивались товарными деньгами — роль денег могли исполнять, например, корова или шкурки пушных зверей.
Устойчиво монеты на землях Беларуси стали ходить в IX–X веках, когда до них (в том числе с помощью викингов) дошли арабские дерхамы. Тогда платежное средство могли разделить на части и в буквальном смысле расплатиться ее половиной или четвертиной.
Своей развитой монетной чеканки на беларусских территориях не было, но позже появились серебряные платежные слитки — совсем не такие большие, какими мы привыкли их сегодня видеть. Чаще всего это были небольшие продолговатые кусочки ценного металла (примерно как обрезок проволоки) — на них могли наносить зарубки, благодаря которым те легко делились на части. Были и слитки более сложной формы — например, шестиугольной.
Но в целом эта форма денег была простому населению недоступна, потому как серебро было высокопробным и дорогим — один такой слиток соответствовал крупной сумме, которой у простого крестьянина не было, рассказывала ведущая специалистка Музея денег Нацбанка Ольга Дудко.
По ее же словам, с XIV по XVI век основу денежного обращения на наших землях составляла чешская монета — пражский грош. А первые монеты, отчеканенные непосредственно в Великом княжестве Литовском, назывались опять-таки денарий (также двуденарий, или пенязь), их стали чеканить в конце XIV столетия.
Позже собственных монет ВКЛ и Речи Посполитой стало больше, а в Бресте был открыт монетный двор, который с 1659 года выпускал монеты из меди и низкопробного серебра — солиды или шеляги (мелкие монеты типа шиллинга).
«Для беларусских земель XVII века солид — „монета на каждый день“: расчеты за хлеб, соль, извоз, ремесленные работы. В источниках и аукционных находках регулярно проходят коронные солиды, „литовские“ виленские типы, рижские выпуски, а также соседи — курляндские и прусские шиллинги. Массовое хождение и низкий номинал делали солид идеальной монетой для повседневного оборота, но одновременно — мишенью фальшивомонетчиков: XVII век в Польше и ВКЛ известен настоящей эпидемией подделок именно в этом номинале», — отмечает ресурс «Нумизматика Беларуси».
Также в период Великого княжества Литовского на беларусских землях были распространены талеры, полтораки, полугроши, шестигрошевики (шестаки), а еще золотые дукаты, отмечала Ольга Дудко.
Первые же бумажные деньги пришли на наши земли уже после разделов Речи Посполитой и вхождения наших земель в состав Российской империи.
«До начала XVIII века нельзя было говорить о сколько-нибудь серьезном значении монеты России в беларусском денежном обращении. И это не удивительно. Монетная система [восточной соседки] обладала лишь крохотной серебряной копейкой неправильной формы и чеканившимися в небольших количествах еще более мелкими номиналами — денгой (½ копейки) и полушкой», — говорится в книге известного беларусского историка, нумизмата и археолога Валентина Рябцевича «О чем рассказывают монеты».
Переход на российскую денежную систему для Беларуси был долгим. Правительство империи не могло не считаться с многовековой привычкой жителей беларусских земель к польско-литовскому денежному счету, отмечал Рябцевич. Какое-то время царская власть была вынуждена «конвертировать» свою валюту в польско-литовскую. Лишь в 1840-х с введением отдельных распоряжений в Беларусь стали приходить и укрепляться российские копейки и рубли.
А уже в середине 1910-х, когда Россия столкнулась с гражданской и Первой мировой войнами, в Беларуси начали использовать местные платежные средства — боны, временные денежные знаки, которые ходили в конкретной местности и также иногда назывались рублями. Так, в Музее денег при Нацбанке хранятся банкноты различных регионов: например, банкноты отделения Полесских железных дорог, деньги Гомельского уездного ведомства. Некоторые купюры даже защищались водяными знаками.
В 1920-х, когда в России заканчивается гражданская война, создается Советский Союз и стабилизируется экономика, для всех республик появляется новая денежная единица — сначала совзнак, а затем червонец (был равен десяти рублям), также выпускаются свои монеты. К 1922-му все прошлые денежные знаки окончательно выводятся из обращения. А в 1947 году червонцы «отменили», оставив только рубли.
Могли ли у нас появиться свои деньги при БНР?
За свое недолгое существование Беларусская Народная Республика, провозглашенная в 1918 году, создать свои деньги не смогла, хотя в этот период можно встретить упоминание «рубля БНР». Однако это тоже была местная краткосрочная бона, которую выпустило Слуцкое уездное земство, а не центральный орган. Как и другие региональные платежные средства, купюра не попала в широкое пользование населением и практически не повлияла на денежное обращение.
К сожалению, для создания своей валюты у БНР не было инструментов — как мы уже рассказывали, она не могла оформиться в полноценное государство: ее деятели не успели разработать законодательство, не смогли запустить судебную систему, свой центральный банк и начать сбор налогов. Зато был ограниченный бюджет, в том числе на кредитные деньги, и все это — в условиях политической неопределенности, когда территория находилась под оккупацией (то немецкой, то советской) и оккупационные власти не признавали провозглашение этой республики.
Как появились рубли — уже беларусские
После распада СССР в 1991 году Беларусь, как и другие уже бывшие советские республики, получила возможность создавать собственную денежную систему, хотя еще некоторое время оставалась в рублевой зоне. У нас продолжал находиться в обращении советский, а затем уже российский рубль.
Но уже в мае 1992 года Национальный банк Беларуси начал выпускать собственные расчетные билеты, чтобы постепенно вытеснить из обращения «чужие». Название оставили старое — рубль (существовала также купюра номиналом 50 копеек), и обменивали их один к десяти советско-российским рублям. Так появились так называемые зайчики — купюры с изображением животных. На банкноте номиналом 1 рубль был как раз нарисован заяц — от него в народ и пошло такое название. На самой крупной купюре, 100 рублях, был нарисован зубр, 50 рублей украшал медведь, 25 рублей — лось, на 10 рублях была нарисована рысь, на пяти — волк, на трех — бобр. На 50 копеек попала белка.
Из российской рублевой зоны Беларусь вышла в 1993–1994 годах, тогда же расчетные билеты перестали быть временными деньгами и закрепили статус единственного законного платежного средства, то есть беларусский рубль стал официальной национальной валютой. И теперь уже не был привязан к российско-советским деньгам.
Но молодое государство не справлялось с высокой инфляцией. Та съедала те самые «зайчики», номиналы росли — от сотен до миллионов. Со временем появлялись более крупные банкноты — кстати, уже с архитектурными сюжетами. Немного обуздать ее получилось ближе к концу 90-х.
1 января 2000 года власти провели первую деноминацию — тогда с купюр «вычеркнули» сразу три нуля: в тот момент 1 рубль приравняли к тысяче старых. Но менять теперь уже никак не привязанную к России валюту саму по себе не стали. С тех пор название у беларусских банкнот остается прежним.
А как другие постсоветские страны выпускали свои деньги?
После распада СССР в так называемой рублевой зоне формально оставались все 15 бывших союзных республик. И везде поначалу обращался один и тот же рубль — советский, хотя уже фактически российский.
Однако образовавшиеся государства, как и Беларусь, также формировали собственную финансовую систему и приходили к своей национальной валюте. Так, Эстония еще в 1990-м восстановила свой госбанк, действовавший до аннексии страны Советским Союзом в 1940-м, и в 1992-м перешла на эстонскую крону, привязанную к немецкой марке.
Тогда же покинула рублевую зону Литва — после восстановления независимости она уже в 1992-м году ввела сначала временное платежное средство, а затем уже полноценную национальную валюту, литовский лит. Сейчас страна использует евро.
Аналогичный процесс шел в Украине. В 1992-м страна ввела временные переходные деньги — купоно-карбованцы, в результате вышла из рублевой зоны и создала правовую основу для формирования национальной валютной системы. В 1996-м процесс завершился — власти провели денежную реформу и ввели гривну, перестав выпускать переходную валюту.
Похожий путь прошла и Грузия. После обретения независимости страна еще какое-то время пользовалась рублем, но выбрала курс на независимую валютную политику, контроль над инфляцией и денежной массой в стране и сначала ввела свой временный грузинский купон. Его также быстро съедала инфляция, но в стране создали Национальный банк, инфляцию снизили, накопили валютные резервы и в 1995-м ввели свою национальную валюту — лари (с разменной монетой тетри).
В итоге к концу 1990-х все постсоветские страны перешли на свои национальные валюты. Казахстан использует тенге, Кыргызстан — сом, Армения — драм, Азербайджан и Туркменистан расплачиваются манатом (каждый своим), Молдова — леем, Узбекистан — сумом, Латвия до перехода на евро пользовалась латом. Довольно долго существовал таджикский рубль (также рубл), пока в 2000 году его не заменил сомони. В итоге старое советское название сохранили только деньги России и Беларуси.
У нас тоже могла быть своя, исторически отличная от рубля валюта
Официально свой день рождения беларусский рубль отмечает 25 мая — в этот день в 1992 году валюта была введена в обращение. Но для нее обсуждалось как минимум одно альтернативное название — талер. Так называлась крупная европейская серебряная монета XVI века, ходившая и на нашей территории, которую мы упоминали в начале этого текста. Талер веками служил ведущей валютой во многих частях Европы и благодаря этому имел огромное значение, а потому стал одним из символов европейской денежной традиции. Кстати, от названия этой монеты произошло слово «доллар».
В 1991 году Совмин БССР дал разрешение на создание беларусского Гознака — то есть предприятия, которое должно было выпускать разного рода официальные бумаги и бланки, в том числе деньги. Вскоре художник Владимир Круковский подготовил концепцию и обоснование национальной валюты: талеров в качестве банкнот и грошей в качестве монет. Эскизы купюр с изображениями национальных героев нарисовал художник Леонид Бартлов.
На эскизах банкнот были видные исторические личности разных эпох — княгиня Рогнеда и Всеслав Чародей, Евфросиния Полоцкая и Франциск Скорина; деятели Великого княжества Литовского Лев Сапега и Константин Острожский; повстанец Кастусь Калиновский; поэты Янка Купала, Якуб Колас, Максим Богданович; отцы Беларусской Народной Республики братья Луцкевичи.
«Навукоўцы падрыхтавалі гістарычныя абгрунтаванні: што нясе з сабой кожная грашовая купюра; што чалавек, які бярэ ў рукі разліковы білет, павінен адчуваць, — не толькі ўручыў і за гэта нешта атрымаў, а нешта нашмат большае», — вспоминал Бартлов.
Идею с таким названием новой валюты активно продвигал Беларусский Народный Фронт (БНФ) — по задумке организации, Беларусь должна была пойти примерно по тому же пути, что страны Балтии, а затем и Украина. «Мы павінны захаваць наш таварны рынак, эканоміку ад разбурэння і ўвесці сваю валюту — беларускі талер, а на падрыхтоўчы перыяд — пераходныя грошы (купоны). Мы павінны ажыццявіць канцэпцыю незалежнай беларускай дзяржавы як свабоднай еўрапейскай краіны», — говорилось в тексте заявления БНФ от 6 ноября 1991 года.
В 1992 году в тогдашнем парламенте — Верховном Совете — прозвучало предложение в качестве названия новой валюты взять слово «талер». Но коммунистическое большинство в парламенте проголосовало против. «Тогда руководитель Гознака Беларуси депутат Сергей Слабченко пошел в ближайшую библиотеку и срисовал из детской энциклопедии понравившегося зайца, который и стал символом беларусских денег», — вспоминала«Комсомольская правда в Беларуси».
Вот что рассказывал о том, как в 1992-м выбор остановили на рубле, депутат от БНФ Юрий Беленький: «Падыходжу да старшыні [фінансавай планава-бюджэтнай камісіі Рамана Унучака]: „Як жа так, а талер?!“ Адказ быў фэерычны: „У музэі грошай у Швайцарыі я запытаў, ці была такая валюта „беларускі талер“. І там сказалі, што не“. Я проста засмяяўся, бо, каб прымаць такія рашэнні, трэба мець хоць мінімум базавых ведаў. Разумець, як раней называлася Беларусь, дзе эмітаваўся той жа талер».