Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. «Не волнуйтесь, все в порядке». Военком Гомельского района объяснил, что за дрон летает над городом
  2. Беларусский вор в законе встречался с главой BYPOL и, похоже, помогал политзаключенному. Его новые планы звучат тревожно — рассказываем
  3. Пятый год полномасштабного вторжения: каких целей, заявленных Путиным в качестве первопричин войны, удалось достичь России
  4. Похоже, гендиректора «Минсктранса» сняли с должности — рассказываем
  5. Огласили приговор беларуске, которую задержали на выходе из онкодиспансера
  6. «Месть — удел слабых». Виктор Бабарико дал большое интервью «Зеркалу»
  7. «Можно себе позволить завтрак в 2 часа дня». «Бюро» выяснило подробности жизни внучки Лукашенко — от места учебы до личных отношений
  8. Прожил 25 лет, но стал классиком, написав гимн «Пагоня» в горячке, почти перед смертью. Объясняем, в чем величие Максима Богдановича
  9. МВД нашло еще одно экстремистское формирование в стране
  10. Провластный лейбл нашел новое лицо для популярного проекта. Эта девочка еще даже не окончила школу
  11. В одной из стран ЕС предлагают ввести новые ограничения для беларусов
  12. В Минске работали call-центры мошенников. В их офисы нагрянули силовики, задержаны 55 человек
  13. Чиновники рассказали еще об одном изменении для налога, который спасал некоторых от «тунеядства»
  14. Пособие на погребение резко сократится. С чем это связано


52-летняя Светлана Гацко отсидела в общей сложности более 100 суток. Последний раз она провела 25 суток в тюрьме № 4 Могилева. Сегодня, 14 апреля, она пошла забирать свой телефон в РОВД Заводского района столицы, но оттуда так и не вышла. Близкие Светланы позвонили в отделение и там им ответили, что женщина якобы пришла в РОВД и «попросила, чтоб ее забрали на Окрестина». Чуть позже состоялся суд — Светлане выписали 15 суток.

Фото: august2020.info
Фото: august2020.info

Светлане Гацко — 52 года. Из них 33 женщина проработала на железнодорожной станции «Шабаны». Говорит, до 9 августа не интересовалась политикой, но события, которые произошли после президентских выборов, изменили ее жизнь.

Первый раз ее задержали 8 ноября 2020 года во время воскресного марша в Минске. В своем интервью для проекта «Август 2020» женщина рассказывала, что в тот день она просто хотела встретиться в центре города с сыном. Но ее всё равно признали виновной и дали 10 суток. Наказание она отбывала в Жодино. Во время своего ареста она сильно переболела коронавирусом.

Позже были и другие задержания в мае и июле 2021 года. Один раз забрали из подъезда ее дома вместе с маленьким внуком. Второй раз у силовиков были претензии по поводу поста Светланы в соцсетях, когда она поздравляла Марию Колесникову.

Последний раз Светлана получила 25 суток в начале марта. По информации правозащитников, женщину забрали вместе с активисткой Галиной Логатской — они развешивали листовки «Нет войне».

Родственники же говорят: в протоколе было указано, что женщины якобы пришли к проходной МАЗа поздно вечером и устроили митинг, кричали за забор рабочим «Жыве Беларусь».

— Конечно, это неправда, — объясняет родственница минчанки. — Вообще, у нее длинная история арестов. В общей сложности она отсидела уже почти 100 суток.

С последних суток Светлана вышла 31 марта. Но на свободе провела только две недели. Сегодня она отправилась в Заводское РОВД за телефоном, который у нее забрали, и оттуда уже не вышла.

— Она оплатила свои 25 суток (расходы на содержание. — Прим. Ред.) и пошла в РОВД, — говорит родственница. — Оттуда уже не вышла. Я позвонила в милицию, а там ей ответили, что Светлана якобы сама попросила, чтоб ее забрали в ИВС на Окрестина.

Известно, что женщина получила еще 15 суток. За что конкретно, информации нет.

Из-за многочисленных «административок» Светлану уволили с железной дороги. Она работала приемосдатчиком груза и багажа.

 — Почти 8 месяцев судилась, чтобы ее восстановили, — говорит родственница Светланы. —  Аресты посчитали прогулами, хотя указ об этом вышел позже. Там все показания были подделаны. Дошла до Верховного суда, но все безрезультатно. Вот уже год она ищет работу, но ее никуда не берут.